10. Эпилог. Великие музыканты

Отрывки из записи встречи с Пабло Казалсом 5 октября 1972 года в студии Дона Пабло в Пуэрто-Рико.

Шри Чинмой: Я хотел бы выразить Вам свою глубочайшую любовь и восхищение за то, что Вы сделали для человечества своей музыкой. Вы словно сняли покров невежества. И только музыка может порадовать Бога больше, чем что-либо другое, так как Бог Сам — Всевышний Музыкант. Каждый исполнитель — каждый инструмент — уникален в Космической Игре Бога, и Бог играет разные ноты на разных инструментах. Так что каждая душа — неповторимое проявление Бога.

Дон Пабло: Я вижу Бога в мелодии Природы. Она — удивительное произведение искусства. Дух искусства удивителен. И я чувствую этот дух в себе, так как всегда относился к музыке всерьёз.

Шри Чинмой: Для Вас музыка — это молитва, непрерывная внутренняя молитва о высочайшем Свете с Небес. Вы воспринимаете музыку не как профессию, подобно обычным людям. Что касается Вас, музыка стала Вашей молитвой, Вашей медитацией, Вашим единством с Природой, с Богом. Земля — это Бог в проявлении.

Дон Пабло: Музыка, как и всё остальное, — это проявление Бога.

Шри Чинмой: Я хочу сказать, что Вы — очень развитая, духовно зрелая душа. Мир знает Вас, мир признал Вас как величайшего музыканта. Но в Ваших будущих инкарнациях настанет день, когда мир признает Вас также как духовного Учителя, поскольку Ваша душа сейчас готова начать духовную жизнь. И в Ваших будущих инкарнациях Вы также будете делать прекрасное дело. То есть, Вы будете играть уникальную роль в проявлении вечного Бога, Света Бога, с помощью своего творчества.

Вы настоящий творец музыки, и творцу я выражаю свою глубочайшую любовь и благодарность. Вы — вечное дитя Бога. Каждый раз, когда Вы играете на своём инструменте, это становится новым творением — Вы творите Бога и проявляете Бога уникальным способом. Каждый раз, когда Вы прикасаетесь к виолончели, Вы вносите новую жизнь в существование. И эта жизнь — божественная Жизнь, которая приходит прямо с Небес через Вашу музыку.

Дон Пабло (после медитации со Шри Чинмоем): Я очень благодарен Вам за самый удивительный момент в моей жизни.

Шри Чинмой: Это был очень удивительный момент и в моей жизни. Я так счастлив встретиться с Вами. Вы не можете себе представить, какое счастье, восхищение и гордость я испытываю от встречи с Вами, потому что в Вас я вижу настоящего ищущего бесконечной Истины, который старается проявлять Божественность через музыку. И устремляющийся мир принимает Божественность от Вас, от Вашего посвящённого труда. Пожалуйста, примите мою глубочайшую благодарность. Вы сделали и ещё сделаете так много для человечества.

И последнее: я говорил Вашей жене, что большинство музыкантов заучивают музыку и исполняют её механически. Они стали специалистами в технике. Но у Вас игра не бывает чем-то механическим. Ваша музыка и Бог — полностью, неразделимо едины; одно неотделимо от другого. Вы не можете отделить Бога от музыки, поэтому Бог постоянно открывает Себя через Вашу музыку. Когда Вы думаете о музыке, появляется Бог; когда Вы думаете о Боге, появляется музыка.

Дон Пабло: Да, это то, что я чувствую. Благослови, благослови, благослови Вас Боже. Спасибо, спасибо, спасибо.

Из разговора с Леонардом Бернстайном 21 марта 1979 года в Нью Йорке.

Шри Чинмой: Вы — океан музыки, и внутри мира Вашей музыки постоянно растёт мир устремления и посвящения.

(Шри Чинмой и Леонард Бернстайн медитируют вместе.)

Леонард Бернстайн: Я так давно этого не делал. Меня учили медитировать года четыре назад. Я медитировал так строго, как мог, семь недель. Но продолжить не сумел, и это пропало. Время от времени я хотел к этому вернуться. Моя мантра всегда со мной. Но я не занимался медитацией очень давно, а Вы всё это вернули.

Шри Чинмой: Вы предложили всему миру нечто неповторимое, и внешний мир знает, кто Вы, благодаря величию Вашего уникального вклада. Настанет тот золотой день, когда в реальности найдёт выражение всевышнее послание, которое Вы воплощаете во внутреннем мире. Тогда мир увидит Вас как высочайшего ищущего, который к тому же и высочайший композитор и дирижёр. Аспекту Бога Любящего, который Вы воплощаете в безграничной мере, ещё предстоит выйти на передний план.

Леонард Бернстайн: Я не знаю, сколько ещё лет мне придётся это делать. Это беспокоит меня, так как мне ещё многое нужно сделать. Вы правы. Я только начал, но мне уже шестьдесят.

Шри Чинмой: В Сердце нашего Возлюбленного Всевышнего шестьдесят лет — ничто. Это одно мгновение. Вы непременно исполните обещание, которое Ваша душа дала Всевышнему. Ваша душа не будет удовлетворена до тех пор, пока Вы не предложите всему миру всё, что должны предложить, и всё, чем Вы являетесь.

(Ученики Шри Чинмоя поют песню, которую он сочинил по этому случаю в честь Леонарда Бернстайна.)

Леонард Бернстайн: Какую музыку я слышу! Прекрасно. Он не понимает, что он пишет контрапункты. (Шри Чинмою) Если я скажу Вам «контрапункт», Вы спросите, что это такое. (Группе) Но он написал контрапункт, как Бах. Каждая фраза гармонирует с любой другой, так что неважно, что вы делаете, вы не можете сфальшивить. Мой музыкальный дух глубоко, глубоко потрясён.